Когда-то он был простым парнем, одержимым сценой, который упорно пробивался сквозь стереотипы и закрытые двери. Но он все же покорил Бродвей, заявил о себе как режиссер, актер и в то же время оставался заметным на экране — живой легендой, которая не теряет силы и влияния. О пути к славе Джоэла Грея и его большой тайне, которую он хранил в себе всю жизнь, — читайте далее на new-york-trend.com.
Мальчик, которого очаровала сцена
Джоэл Грей родился как Джоэл Дэвид Кац в Кливленде. Он никогда не имел обычного детства, рос в доме, где смех и музыка были так же естественны как воздух. Его отец, Микки Кац, — звезда комедийных ревю для еврейской аудитории, мать Голди — женщина, которая с юности верила, что ее сын станет известным актером. Имя Джоэл она дала ему в честь героя киноэкрана Джоэла Маккри.
Сцена вошла в его жизнь рано, в девять лет мальчик уже стоял под театральными софитами Cleveland Play House в спектакле On Borrowed Time.
«Этот опыт схватил меня за горло и притянул к огню. Я знал, что я актер», — вспоминает он.
Переезд семьи в Лос-Анджелес открыл новые возможности. Подростком Джоэл выходил на сцену в отцовском ревю Borscht Capades, танцевал, пел и исполнял комедийные номера. Именно там его заметил знаменитый артист Эдди Кантор и пригласил юного Грея на телешоу The Colgate Comedy Hour. Так в 18 лет парень оказался на национальном телевидении — амбициозный, энергичный, способный и пошутить, и станцевать Чарльстон, и даже спародировать тюленя.
Телевидение принесло популярность, но и стало ловушкой. Режиссеры и продюсеры видеть Джоэла в драматических ролях не хотели:
«О нет, он телевизионный парень», — слышал он. Или: «Это же артист из ночных клубов».
Тогда Джоэл выступал в самых модных клубах — от голливудского Мокамбо до Лас-Вегаса, где он пережил роман с легендарной стриптизершей Шерри Бриттон. На вид — гламурная жизнь юного шоумена. На деле — позолоченная клетка.
«Я это ненавидел. В течение многих лет я не мог пройти прослушивание на бродвейское шоу, потому что меня перекинули в другой мир. Театр был очень высоко настроен», — признавался он позже.
Джоэл даже сменил фамилию с Кац на Грей, чтобы избавиться от этнических ассоциаций, которые могли помешать карьере. Он не сдавался, работал в летних театральных труппах, в региональных постановках, где только мог выбороть шанс доказать, что он не только комик с телевидения или красавчик из клуба, а актер широкого диапазона.
Осуществление мечты и первое признание
Джоэл Грей двигался по театральному миру не спеша, но уверенно и настойчиво, словно человек, который знает, что его настоящая роль еще впереди. Вернувшись на Бродвей в ревю The Littlest Revue (1956), он подменял звезд в спектаклях Нила Саймона, выходил на сцену в мюзиклах Stop the World – I Want to Get Off (1962) и Half a Sixpence (1965).
История изменилась в 1966 году, когда ему позвонил продюсер Гарольд Принс. Так Грей без прослушивания получил роль, которая перевернула его жизнь — конферансье в мюзикле Cabaret. Его циничный, демонически-соблазнительный образ стал открытием. Джоэл Грей выиграл премию «Тони» в 1967 году и стал символом спектакля.
Боб Фосс, приглашенный снять киноверсию Cabaret, сначала не хотел видеть Грея в роли Emcee. Он даже угрожал, что откажется от проекта, если выберут Джоэла, но студия настояла, и Грей появился на экране. В 1973 году он получил «Оскар» за лучшую мужскую роль второго плана, победив номинантов «Крестного отца».
«Я не думаю, что они меня простили!» — смеялся он, вспоминая реакцию коллег.
Десятилетиями спустя люди цитируют его фразы, пытаются повторить улыбку, взгляд и жесты харизматичного конферансье, но никто не приблизился к оригиналу. Потому что Джоэл Грей не просто играл роль. Он создал определенный архетип.
После Cabaret Грей получал главные роли так легко, как когда-то получал подмены. В фильмах он был продюсером в ленте Роберта Олтмана Buffalo Bill and the Indians, играл в драме Kafka (1991), был сатирическим гением в The Music of Chance.
В 1980-х годах Грей смело отказался от статуса «кабаре-волшебника» и взял сложную драматическую роль Неда Уикса в The Normal Heart — одной из важнейших пьес о СПИДе. Спектакль шокировал, а его выступление называли мучительно честным.
На телевидении он появился в сериалах Star Trek: Voyager, Dallas, Brooklyn Bridge (за что получил номинацию Emmy), озвучил Tom and Jerry: The Movie, играл самого себя в фильме The Player.
Поздний расцвет, новые роли и второе рождение на Бродвее
В 2000-х годах Джоэл Грей продолжил удивлять многогранностью. На телевидении он менялся до неузнаваемости. В Buffy the Vampire Slayer стал холодным демоном Доком, в Oz сыграл религиозного фанатика Лемюэля Идзика, в Alias — загадочного мистера Слоуна.
Одной из главных событий стало его перевоплощение в Волшебника в бродвейском мюзикле Wicked. Вместе с Идиной Мензел и Кристин Ченовет он заложил основу феномена, захватившего мир. Грей показал Волшебника не как фокусника, а как человека с невидимой тенью, за что получил номинацию на Outer Critics Circle Award.
В 2011 году Грей вернулся на Бродвей в мюзикле Anything Goes, а вскоре стал сорежиссером нового прочтения The Normal Heart. Постановка завоевала «Тони» за лучшее возрождение, а сам Грей получил номинацию за режиссуру, называя эту работу частью своего сердца. Параллельно он продолжал сниматься (Nurse Jackie, CSI, Park Bench).
В 2016 году Джоэл Грей вернулся к классике в чеховском «Вишневом саду», а в 2018 году совершил смелый творческий жест, поставив «Скрипача на крыше» на языке идиш. То, что казалось архаичным экспериментом, превратилось в сенсацию Off-Broadway, завоевав премии Drama Desk и Outer Critics Circle.
В конце десятилетия он появился в фильме Tick, tick… BOOM! как символическая фигура театра, а в 2022 году присоединился к сериалу The Old Man и проекту The Investigation, шутя, что с возрастом стал специалистом по воплощению властных людей с тайнами.
Любовь, фотография и долгий путь к себе
Когда театральная слава накатывала и отступала волнами, фотография стала для Грея тихим убежищем. В ней он открывал города, лица, моменты и самого себя.
Его первая книга, Pictures I Had to Take (2003), была словно клочками внутреннего дневника. Другие — Looking Hard at Unexpected Things (2006) и 1.3 – Images from My Phone (2009) — показали, что камера для него не менее важна, чем сцена. А выставка Joel Grey / The New York Life в Музее города Нью-Йорка (2011) стала подтверждением: Грей давно вырос за пределы амплуа актера одного образа.
В частной жизни Джоэла были годы, отмеченные любовью, молчанием, страхами и поздним освобождением. В 1958 году он женился на актрисе Джо Уайлдер. В тот день он еще не знал, как долго будет нести за собой тень нерассказанной правды и как эта правда однажды изменит все. Их брак продлился 24 года, подарил двоих детей — Дженнифер, будущую звезду Dirty Dancing, и Джеймса, который впоследствии станет шеф-поваром.
Несмотря на любовь и теплые воспоминания, внутри брака лежала пустота, о которой они оба долго не говорили. Когда Грей признался жене в своем прошлом гей-опыте, это лишь подчеркнуло невидимую трещину, давно пролегавшую между ними. Позже он напишет:
«Потребность быть свободным, и моя, и Джо, в конце концов привела нас к разводу».
Свою сексуальность Грей открыл публично лишь в 2015 году, в возрасте 82 лет. Его слова прозвучали тихо, но трепетно:
«Мне не нравятся ярлыки, но если вам придется поставить ярлык, я — гей-мужчина».
Это было не громкое признание, а скорее освобождение. В мемуарах Master of Ceremonies (2016) он рассказал, как десятилетиями скрывал эту часть от коллег, от мира, а порой и от самого себя. Самые болезненные моменты книги — его подростковый роман с молодым кантором их синагоги. Момент, когда мать оттолкнула его после признания. Страх, что скандал может навсегда закрыть ему путь в профессию.
«Было так много ранних впечатлений об ужасе гомосексуализма… Я знал, что, чтобы выжить в этом мире, придется скрывать правду о себе».
Джоэл понимал, что мир не оставит ему места, если он откроется.
В мемуарах Грей подводил итог: все, что с ним случалось — и светлые, и темные отрывки — стало частью его силы.
«Ничто не напрасно. Все, что с вами происходит, становится тем, кто вы есть и что вы отстаиваете».
Путь Джоэла Грея — это история человека, который прожил две жизни: одну — в свете прожекторов, другую — в тени собственной тайны. И только на склоне лет эти две жизни наконец объединились в одну настоящую.
