Джеймс Ливайн — выдающийся американский дирижер и пианист, многолетний музыкальный директор Metropolitan Opera в Нью-Йорке. Именно он сыграл ключевую роль в превращении «Мет» в главный оперный театр планеты. Более 40 лет работы, колоссальное расширение репертуара и сотрудничество с величайшими оркестрами и солистами сделали его центральной фигурой оперного искусства XX–XXI веков. О том, как начинался этот звездный путь, — далее на new-york-trend.com.
Музыка как наследие
Джеймс Ливайн родился 23 июня 1943 года в Цинциннати, штат Огайо, в еврейской семье, где искусство было естественной частью быта. Его дед по материнской линии служил кантором в синагоге и сочинял музыку, а отец, Лоуренс, был скрипачом и руководил танцевальным коллективом. Мать будущего маэстро, Хелен Голдштейн, в молодости выступала на Бродвее под псевдонимом Хелен Голден. В такой среде мальчик буквально впитывал музыку с первых лет жизни.
Талант Ливайна проявился поразительно рано. Уже в три года он подбирал мелодии на фортепиано, в четыре начал серьезно заниматься, а в шесть дал свой первый концерт. В десять лет Джеймс дебютировал как солист с Симфоническим оркестром Цинциннати, исполнив Второй фортепианный концерт Мендельсона. Этот выход окончательно закрепил за ним репутацию настоящего вундеркинда.
Детство Ливайна прошло в окружении партитур и оперных постановок. Семья регулярно посещала гастрольные спектакли «Мет» и ездила в Нью-Йорк на премьеры. Юный Джеймс не просто слушал — он дирижировал воображаемым оркестром, а дома даже ставил собственные оперы в кукольном театре. Образование лишь укрепило его талант. Он учился у выдающихся музыкантов Рудольфа Серкина в Мальборо и Розины Левинне в Аспене, а также изучал музыку с Вальтером Левином из квартета LaSalle. В 1961 году Ливайн поступил в Джульярдскую школу в Нью-Йорке, где овладевал дирижированием под руководством Жана Мореля.
Искусство внутренней драматургии
Профессиональная карьера Джеймса началась стремительно и под знаком великих имен. В 1964 году он стал учеником легендарного Джорджа Селла в Кливлендском оркестре — одном из самых престижных коллективов США. Уже через год Ливайн занял пост ассистента дирижера и оставался на этой должности до 1970 года. Параллельно он преподавал в Кливлендском институте музыки, совмещая практику на большой сцене с воспитанием молодых талантов.
Именно в эти годы ковался его авторитет. Летом Ливайн работал в музыкальной школе Мидоу-Брук и на фестивале «Равиния» — летней резиденции Чикагского симфонического оркестра. Молодой маэстро быстро заработал репутацию харизматичного лидера, вокруг которого объединялись юные исполнители и преданные поклонники классики.
Переломный момент наступил в июне 1971 года. Ливайна в последний момент попросили заменить Иштвана Кертеса на открытии сезона в «Равинии». Вторая симфония Малера в его исполнении обернулась триумфом, положив начало многолетнему сотрудничеству. С 1973 по 1993 год Ливайн был музыкальным руководителем фестиваля, став фактически его ключевой фигурой.
За два десятилетия он сделал множество знаковых записей с Чикагским симфоническим — от Брамса и Бетховена до Берга и Гершвина. Позже Ливайн стал первым американцем, возглавившим Бостонский симфонический оркестр. В Бостоне он решительно обновил репертуар, внедряя музыку XX века и выбивая для оркестра дополнительное время на репетиции, что вывело коллектив на новый художественный уровень. А в 1990 году, по личной просьбе Роя Диснея, Ливайн аранжировал музыку и дирижировал оркестром для мультфильма «Фантазия-2000», открыв классику для миллионов зрителей в новом формате.
Внешне Джеймс Ливайн совершенно не походил на типичного эффектного маэстро. Плотное телосложение, копна кудрявых волос и полное отсутствие показного артистизма — Ливайн сознательно не играл на публику.
«Я решил сделать себя полной противоположностью привычному звездному профилю. Мне хотелось знать, что меня приглашают как музыканта, а не потому, что дамы падают в обморок на первом балконе», — иронизировал он в интервью Time в 1983 году.
Его манера дирижирования была сдержанной и предельно точной. Он просил музыкантов смотреть ему прямо в глаза, ловя малейшую смену выражения лица. Ливайн не был «акробатом подиума», как Леонард Бернстайн, и не был холодным перфекционистом. Он нашел собственный путь — язык внутренней драматургии.
Критики иногда пеняли ему на отсутствие броского фирменного стиля, но признавали неоспоримые достоинства: стальную структуру, ритмическую ясность и естественность. Благодаря глубокому погружению в оперу он обладал тончайшим чувством драмы. Для Ливайна музыка никогда не была форсированной: она дышала и раскрывалась органично. Именно это ощущение живой, непринужденной силы стало фундаментом его легендарной карьеры.
Эпоха «Мет»: триумфы и падения
Дебют Джеймса Ливайна в Метрополитен-опера ознаменовал начало новой эры. 5 июня 1971 года, всего за пару недель до своего 28-летия, он впервые здесь продирижировав «Тоской» Пуччини. Успех был настолько впечатляющим, что уже через полгода Ливайн стал главным дирижером, а с 1975 года — музыкальным руководителем. В 1986-м он занял пост художественного руководителя, став первым в истории «Мет», кто объединил эти ключевые полномочия на протяжении почти четырех десятилетий.
За годы его правления Метрополитен-опера изменилась до неузнаваемости. Оркестр, который раньше часто оставался в тени великих вокалистов, превратился в ансамбль мирового уровня. Коллектив перестал быть просто оркестром из ямы, Ливайн вывел его на большую концертную сцену, инициировал записи и камерные циклы в Карнеги-холле, а также организовал масштабные гастроли по США и миру. К 25-летию своего дебюта маэстро представил мировую премьеру оперы «Великий Гэтсби» Джона Харбисона, написанную специально по заказу театра.
В 1980 году Ливайн основал Программу развития молодых артистов имени Линдеманна — одну из самых престижных кузниц кадров для оперных певцов в мире. Он был не просто администратором, а тонким наставником: вокалисты ценили его редкое умение чувствовать возможности и границы каждого голоса. Ливайн активно продвигал американских исполнителей и вырастил целую плеяду звезд. В общей сложности он провел в «Мет» более 2500 спектаклей — абсолютный рекорд в истории театра.
Финал большой карьеры
С середины 2000-х годов в блестящую карьеру Ливайна начало вмешиваться здоровье. Череда падений, операций и изматывающая реабилитация привели к частым отменам выступлений. В 2011 году он был вынужден временно отойти от дел, но после двух лет терапии вернулся, впервые дирижируя из специально сконструированного моторизованного кресла. В 2016 году стало известно, что маэстро много лет боролся с болезнью Паркинсона, сезон 2015–2016 официально объявили для него последним на посту музыкального руководителя.
Развязка этой истории оказалась драматичной. Последний раз Ливайн вышел на сцену «Мет» 2 декабря 2017 года, продирижировав «Реквиемом» Верди. Вскоре после этого театр разорвал с ним все связи на фоне обвинений в сексуальных домогательствах, которые, по словам заявителей, имели место десятилетия назад. После внутреннего расследования Ливайн был уволен, а все запланированные концерты — отменены. Юридические тяжбы между сторонами завершились внесудебным соглашением.
Джеймс Ливайн ушел из жизни 9 марта 2021 года в своем доме в Палм-Спрингс по естественным причинам. Публичной церемонии прощания не проводилось.
Ливайн навсегда изменил облик Метрополитен-опера, превратив ее оркестр в самодостаточный концертный коллектив мирового класса. Он запустил легендарный телепроект Live from the Met, открыл миру десятки великих имен и всегда поддерживал современную музыку.
Его фигура остается глубоко противоречивой: с одной стороны — маэстро, поднявший планку оперного искусства до недосягаемых высот; с другой — человек, чье наследие оказалось омрачено тяжелыми этическими обвинениями. Тем не менее его влияние на музыкальную культуру конца XX века остается фундаментальным фактом истории.
